Cпецпроекты

«Когда люди платят пару сотен баксов за билет, они думают, что в самолете можно все». Вся правда о жизни стюардессы


0 1583 81
Они всегда на высоте, притом во всех смыслах: идеально выглядят, приятно пахнут, учтиво приветствуют на борту и большую часть года проводят в 12 000 м над землей.

Улыбчивые, статные и невозмутимые они вальяжно передвигаются по салону самолета и технично демонстрируют, как надеть на себя кислородную маску. Выдержке стюардесс можно позавидовать, ведь, как бы отвратительно ни вел себя пассажир из бизнес-класса и сколько бы ни приходилось гонять курильщиков в уборной, ни один мускул на их лице не выдаст смятения или раздражения.

Но на какие жертвы приходится им идти и так ли романтична эта профессия, как поет Владимир Пресняков? Мы пообщались со стюардессой топовой мировой авиакомпании и узнали, чем живут, сколько зарабатывают и как отдыхают работницы экипажа самолета.

По просьбе героини, которая вынуждена соблюдать политику конфиденциальности компании, мы не оглашаем ее имя и название авиалиний, на которых она работает.

О начале карьеры и конкуренции

Я слышала много страшилок о работе стюардессы, но почему-то в них не верила. Моя подруга пыталась пройти собеседование 12 раз, а на 13-й позвала меня с собой. Тогда я преподавала английский язык в одной школе в Мексике. Учебный год как раз закончился, и впереди у меня было целых три месяца каникул.

Первое интервью в авиакомпании не увенчалось успехом, потому что я особо не готовилась к нему. Но потом мне стало интересно, смогу ли я пройти в следующий раз – чисто для себя. На второе собеседование я пришла во всеоружии, и меня взяли, хотя я не собиралась летать.

Однако судьба распорядилась иначе, и вот уже два года я работаю бортпроводницей на одной из лучших авиалиний мира. Для европейцев работа в экипаже восточной компании всегда временная – это другая культура, другое мировоззрение, поэтому часто бывает сложно найти общий язык с руководством. А вот азиаты задерживаются намного дольше – на 10–15 лет.

В восточных странах и конкуренция намного выше, потому что все хотят оттуда вырваться. Если в Дели на собеседование приходит 5 тысяч человек, а берут только троих-пятерых, то в Европе из 900 выбирают около 40 новых сотрудников.

Доходит до того, что родственники (азиаты целыми семьями идут в стюардессы) пишут друг на друга доносы. Одна индуска как-то пришла в администрацию и рассказала, что ее сестра курила в своей комнате. На следующий день эту сестру вызвали на ковер, и та призналась, что они курили вместе. В общем, с обеими попрощались, даже не разбираясь и не пытаясь найти доказательства.

О правилах и уровне приватности

Мы живем отдельно – квартиру нам предоставляет компания. А вот снять жилье со своим парнем не имеем права. Вообще, по контракту стюардессам нашей компании нельзя выходить замуж. Маму ты можешь не спрашивать, а у начальства надо обязательно взять разрешение.

В служебной квартире нельзя курить, употреблять алкоголь, жечь свечи и делать еще много вещей. К нам могут прийти в любой момент и посмотреть, чем мы занимаемся, что лежит у нас в холодильнике, или попросить сдать тест на алкоголь, наркотики и беременность. Единственное, что утешает, зайти к тебе в комнату они имеют право только в твоем присутствии.

Также у нас есть комендантский час: в 4 часа утра во что бы то ни стало всем надо быть в своей квартире. А если завтра рейс, то вернуться домой надо за 12 часов до полета.

С одной стороны, это слишком строго, но с другой – руководство можно понять, так как в экипаж самолета берут в основном молодых людей. Некоторые из них никогда раньше не работали, а теперь они оторвались от родителей, прилично зарабатывают и могут себе позволить покупать и делать все, что захотят. Многие на выходных идут в ночные клубы, и, если бы не правила, они бы сидели там до посинения.

В любой момент могут прийти домой и попросить сдать тест на алкоголь, наркотики или беременность.

В нашей компании очень много правил, и ты не можешь пойти им наперекор или спросить, почему я должен делать так, а не иначе. Большинство пунктов можно понять, но хватает и абсурдных вещей.

Например, членам экипажа, где бы они ни были, запрещено пользоваться смартфонами и другими гаджетами, когда они в униформе. Даже в автобусе по пути домой нельзя достать телефон и послушать музыку. Кроме того, в форме надо и вести себя подобающе: нельзя сидеть, сгорбившись или скрестив ноги, нельзя находиться в местах, где есть алкоголь, потому что так можно вызвать негативные ассоциации с компанией.

Какая бы жара ни стояла на улице, нельзя снимать пиджак и шляпу. Однажды в Танзании, пока мы доехали до аэропорта, выглядели так, будто только что вышли из спортзала. Я сняла пиджак и попросила коллегу сфотографировать меня и отправить этот снимок в центральный офис, чтобы там увидели, в каком виде нам теперь нужно идти на рейс.

Иногда можно завтыкать и не выполнить какое-то обязательство просто потому, что забыл какой-то пункт из списка правил. Неудивительно, что стюардессы кончают жизнь самоубийством. Недавно одна девушка сделала что-то с собой в служебной квартире, а бывали случаи, что стюардессы выпрыгивали прямо из самолета. Авиакомпании, чтобы не испортить себе репутацию, нигде это не афишируют, прикрываясь «сердечными приступами».

О внешнем виде

Перед каждым полетом специальная служба проверяет, как мы выглядим: макияж, прическу, маникюр, униформу. Ведь мы лицо компании. Есть утвержденный список разрешенных цветов лака, теней и румян, которыми можно краситься. Ногти должны быть чистыми и не слишком длинными, а на руках не должно быть волос.

Уходу за собой посвящен отдельный тренинг, он называется Grooming. Там нас учат правильно краситься и рекомендуют бренды косметики, которые надо использовать на работе. Важно, чтобы средства были качественными, потому что в самолете очень разреженный воздух, который сильно пересушивает кожу.

В нашей компании надо, чтобы униформа не была облегающей и слишком короткой: блуза должна на два пальца отходить от груди, а юбка быть на 3 см ниже колен. Колготы не должны блестеть и быть слишком темными, а на чемодан нельзя что-то клеить или цеплять какие-то игрушки.

О режиме работы и досуге

Мы летаем по 120 часов в месяц, иногда и больше. После длительного рейса запросто могут поставить полет на следующий день. А когда и дают несколько выходных, то из-за постоянной смены часовых поясов невозможно нормально отдохнуть.

Члены экипажа никогда не знают, какое сегодня число и день недели, и не понимают, утро сейчас или вечер. Их жизнь проходит приблизительно по такому сценарию: они возвращаются из полета, едят, спят, смотрят сериалы и снова идут на полет. Иногда они читают книжки и ходят в спортзал, но на этом разнообразие заканчивается. Я не сужу их, потому что все действительно очень устают, но мне такой образ жизни не подходит.

Члены экипажа никогда не знают, какое сегодня число и день недели, и не понимают, утро сейчас или вечер.

Я активный человек, поэтому мне мало одной только работы. Несколько лет назад я начала заниматься сальсой и бачатой, поэтому, когда приходится делать выбор между сном и танцами, я всегда выбираю второе. А когда прилетаю в город, где еще ни разу не была, тоже не могу остаться в номере – всегда иду гулять по окрестностям. Вот и получается, что на отдых нет времени.

Я часто слышу от разных людей: «Ты, должно быть, любишь свою работу, потому что выглядишь такой счастливой и полной сил». А это потому, что в моей жизни, кроме «Would you like chicken, beef or vegetarian?», происходит еще что-то.

Иногда приходится не спать по 28–36 часов, поэтому многие мои коллеги пьют всякие энергетики и таблетки, чтобы быть на ногах. Потом они страдают от бессонницы и пьют мелатонин, когда представляется возможность поспать.

О контроле, пассажирах и зарплате

Каждые три месяца мы сдаем экзамены. Если сделаешь больше трех ошибок в тесте, на полет тебя не пустят. Мы не закреплены за конкретными рейсами, как в других компаниях. Лично я знаю около десяти типов самолетов, поэтому летаю во все точки мира.

На все вопросы пассажиров у нас есть готовые ответы, которые мы разучиваем на конфликт-менеджменте. Но бывают и дикие случаи. Однажды темнокожий мужчина пожаловался, что я ответила ему «не слишком вежливо» и обозвал меня расисткой. А я всего лишь пыталась не забыть пять просьб, которые собрала, пока шла из одного конца салона в другой.

Когда люди платят несколько сотен долларов за билет, они думают, что на борту можно все. Они ожидают от членов экипажа слишком многого и думают, что мы можем сделать барбекю прямо посреди самолета.

Ты никогда не знаешь, когда тебя уволят, потому что неизвестно, что творится в голове у пассажиров и твоих коллег.

Главный удерживающий на этой работе фактор – это зарплата: в среднем член экипажа получает $3000 в месяц. Более того, наша компания в начале каждого месяца разрешает выбирать себе направления. Конечно, все хотят лететь в Нью-Йорк, но кого-то же надо и на юг Азии отправлять, поэтому нет гарантии, что все твои пожелания будут учтены.

Ожидания VS реальность

Все думают, что жизнь стюардессы такая, как на фотографиях. Несмотря на то что компания следит за каждым нашим шагом в соцсетях, многие стюардессы очень активны в Facebook и Instagram. Однако не все так красиво, как кажется.

Во-первых, ты никогда не знаешь, когда тебя уволят, потому что неизвестно, что творится в голове у пассажиров и твоих коллег. Во-вторых, в каждом полете мы отдаем очень много энергии: нам все время надо улыбаться, а если пассажир просит лосось, которого у тебя нет, надо вежливо объяснить, что на борту нет всех блюд мира.

При этом у твоих близких могут быть проблемы, а ты им никак не можешь помочь, потому что всегда далеко. Я могу лететь в Пизу, потом в Бангкок, потом в Дели – между рейсами по 12 часов, поэтому я даже не успеваю отвечать на все сообщения в мессенджерах.

Я пробовала с кем-то подружиться на работе, но на каждом рейсе так много новых знакомств, что запомнить всех просто невозможно. Я, конечно, даю свой номер, когда кто-то просит, но понимаю, что ради встречи не буду следить за чьим-то графиком – тут бы за своим уследить. Поэтому я смирилась с тем, что стабильного друга тут завести не получится.

Однажды где-то в Африке мы долго ждали посадки из-за задержки рейса. Возле меня стояла девушка, буквально пожирающая меня глазами. Когда я заговорила с ней, бедолага чуть в обморок не упала. «Вы такие красивые и чистые – как богини», – со слезами на глазах произнесла она. Потом коллега объяснила мне, что она из наземного персонала, который ждет каждого нашего прилета, как Бога.

Хотелось бы мне посмотреть, как бы они полетели в Дакку – столицу Бангладеша. Арабы почему-то все время хотят выйти из самолета и могут справить нужду прямо в салоне – у них в стране это обычное дело. А во время Рамадана после них невозможно зайти в уборную, потому что они принимают там душ.

Об опыте и будущем

Работая стюардессой, можно увидеть мир, подучить английский, накопить достаточно средств, чтобы купить квартиру, и стать суперустойчивой к любым видам стресса. После двух лет в экипаже меня очень сложно ввести в заблуждение или чем-то испугать. А еще я очень благодарна, что нас научили технике первой медицинской помощи – мы можем даже роды принять на борту. Правда, этого делать мне ни разу не приходилось. А вот летальных случаев во время полетов на моей практике было несколько.

Недавно я приняла решение закончить карьеру стюардессы, потому что у меня появились другие планы на будущее. Но должна сказать, что работа в экипаже самолета – это крутой опыт для молодежи, даже несмотря на то, что этому приходится отдать лучшие годы своей жизни.

ТАКЖЕ ЧИТАЙТЕ Travel alone: 10 советов для тех, кто путешествует в одиночку
731 0 62

Написать комментарий

Такой e-mail уже зарегистрирован. Воспользуйтесь формой входа или введите другой.

Вы ввели некорректные логин или пароль

Извините, для комментирования необходимо войти.
Рекомендуемое

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: